Новости и комментарии

>>>Все материалы данного раздела
>>>Все материалы данного раздела

Официоз

>>>Все материалы данного раздела
Выберите подраздел:

Врачу, исцелися сам, или попы в экстазе

В Церкви Божией_ Россия, наши дни_.jpg

В церкви Божией на Пасху. Россия, наши дни

За последнее время нашу Церковь поразила болезнь, которую мы бы назвали «миссионерскими плясками». Все время приходят сообщения о том, что то тут то там прошел очередной концерт в помещении храма, естественно, с песнями, плясками и даже порой с художественной гимнастикой и акробатикой. А то и с недетскими театральными представлениями (разыгрываемыми, впрочем, как раз детьми при участии взрослых – см. фото), где действует даже и всякая нечистая сила. И поскольку процесс явным образом приобретает системный, а вовсе не случайный, характер, мыслящие люди сделали то, что им по их природе и свойственно: задумались. И отреагировали. Среди наиболее адекватных реакций такого рода нельзя не отметить статью уважаемого молодого богослова – о. Георгия Максимова.

В ней все верно, от первого до последнего слова. Поветрие скверных плясок в сакральном пространстве наших православных храмов, плясок и других развлечений, что организуются самими прихожанами с благословения настоятелей, отмечено очень метко и вовремя. Невозможно не согласиться с главным посылом автора – о том, что в пространстве молитвы не может быть светских развлечений, для каковых приличнее подыскать другое помещение, пусть и за отдельную плату (если, например, какой-то приход таким помещением не располагает, а провести концерт очень хочется). Немного наивно автор изумляется тому, что настоятели, которые благословляют упомянутое смешение жанров – вовсе не какие-то очень молодые выпускники нынешних семинарий, зараженные модными поветриями, а вполне себе сложившиеся священники средних лет, получившие неплохое богословское образование и ранее зарекомендовавшие себя вполне позитивно. Разумеется, абсолютно правильна его ключевая мысль: если таковы священники, то чего же тогда ждать от прихожан? Более чем естественно выглядит в данном случае и отсылка к эпизоду со «скверными плясавицами» из группы с неприличным названием, которые за свое художество получили 2 года общего режима. И, наконец, очень трезвым и убедительным выглядит конечный вывод автора: «Если у нас священники такие, то какие претензии могут быть к обществу? Разве могут привить людям понимание и чувство святыни священники, у которых оно тоже атрофировано? И то, что такие священники у нас не просто есть, но являются настоятелями и благочинными, – весьма тревожный симптом. Я уверен, что если и церковное наше общество не отреагирует жестко на эту тенденцию, то наказание свыше для всех нас явится непременно».

Все так, но чего-то все-таки в статье не хватает. Если все, что сказано – правда, то это само по себе вовсе не гарантирует того, что сказана вся правда, и в этом-то все дело!

Во-первых, такое отношение к собственному храму, такое понимание того, что в нем можно делать, а чего – нельзя, начисто обесценивает тот «гнев праведный», с которым наши церковные люди (от коих мы себя ни в малейшей степени не отделяем) сравнительно недавно обрушились на пресловутых «пуссей». «Врачу, исцелися сам!» Ибо акция «Poussy Riot», как сознательное кощунство, была основана все же на некой серьезности, серьезном отношении к храмовому пространству. В том и состоит суть т.н. «акционизма», чтобы шокировать людей, поправ в них сокровенное, самое дорогое, в том числе (как в данном случае) – их святыни. Сами акционистки могли сколько угодно не веровать в то, что храмовое пространство, где совершается служба Божия, свято. Но они прекрасно понимали, что таковым оно является для других, для тех, кто в нем регулярно молится, обращается к Богу. Иначе вся акция была бы для них бессмысленной, поскольку для шока и провокации не было бы необходимой почвы. Правда, адвокаты группы пытались все это отрицать. Но это же адвокаты, привыкшие жонглировать понятиями и смыслами для того, чтобы достичь своей главной и единственной цели – выиграть судебный процесс! Рассуждать, как они – значит просто ничего не понимать в логике постмодернизма и акционистского «искусства» как его продукта. Итак, как видим, понятие о святом, о сакральном неизбежно присутствует даже в сознании тех, кто его сознательно попирает, совершает кощунство.

В основе же странного креатива, связанного с плясками в храме, что организуются самими церковными общинами, лежит именно стирание грани между сакральным и профанным. Это совсем другое дело, чем сознательное попрание святыни. Невозможно (в собственном понимании) кощунственно попрать то, что для тебя самого неприкосновенной святыней не является.

При этом крайне наивно и ошибочно думать, будто источником этой разрушительной идеи являются только какие-то нерадивые настоятели отдельно взятых храмов. Отнюдь! Эта идея не случайна, а системна и концептуальна, и исходит изнутри Церкви! Под нее давно пытались подвести «солидную» богословскую базу. И не кто-нибудь, не какие-то церковные маргиналы-модернисты, а самые что ни на есть ведущие иерархи и богословы РПЦ. От богословов помельче, хотя и приближенных к церковным «верхам», мы слышали о недопустимости для христиан «изолировать себя от мира в сакральном гетто» (нынешний «богослов Майдана» архимандрит Кирилл (Говорун), в тот момент еще бывший любимцем и выдвиженцем нынешнего патриарха, а тогда митрополита Кирилла); а от учителя нашего нынешнего предстоятеля митрополита Никодима слышали и вообще много всего поучительного и прекрасного. Например, о том, что мысль об отречении от мiра есть «узкий фанатизм и изуродованное представление о христианстве». А от многих людей из его круга (под чем подписывался и он сам) – о том, что «Боговоплощение делает всех без исключения людей братьями» (после чего, если принять это за истину, границы Церкви размываются, поскольку Церковь отождествляется тогда со всем человечеством). А также и о том, что во Христе став человеком, «Бог принял и всю нашу современность, нашу историю». Эта мысль, с различными вариациями – любимый мотив всех модернистско-экуменических церковных мыслителей, вплоть до наших дней, когда она, в несколько приглаженном и замаскированном виде, вошла в состав одного из документов так называемого «Критского собора». Так что стирание границ между сакральным и профанным, Церковью и мiром – не случайное хулиганство или недомыслие каких-то отдельно взятых нерадивых пастырей, а мировой мегатренд, давно спущенный с самых верхов либерально-экуменической иерархии. И именно он лежал и лежит в основе нынешней концепции миссии, о чем мы немало писали.

И поскольку «рука бойцов колоть устала» и в тысячный раз повторять все это совсем не хочется (желающие могут ознакомиться с нашими основными работами на эту тему хотя бы по приведенной ссылке), то выразим суть одной фразой. Если для людей православной Традиции в основе проповеди Слова Божия, приведения людей ко Христу – известное поучение преподобного Серафима Саровского «Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся» (а для стяжания этого духа в первую очередь необходимо владение искусством правильной молитвы, что без отречения от мiра решительно невозможно), то для модернистов от «миссии» руководством к действию является совсем другое положение, не раз уже опровергнутое на практике: «Стань похожим на этот мiр, и люди к тебе потянутся». То есть евангельское «идите, научите все народы», по этой странной логике, обосновывается примером из притчи Господа, в которой Он говорит о «соли, потерявшей силу», только почему-то именно такая потерявшая силу соль и мыслится в качестве главного ингредиента блюда под названием «современная миссия». Поэтому вполне понятно, что именно главный идеолог этой «перестроечной» миссионерской концепции протодиакон Андрей Кураев (опять же, как и архим. Кирилл (Говорун), долгое время пользовавшийся безоговорочным покровительством на самом верху нашей иерархии) сразу и убежденно взял под защиту «скверных плясавиц» с неприличным названием, в феврале 2012-го осквернивших главный собор страны. Понятая широко «кураевщина», эта ложная псевдомиссионерская идеология, основанная на соглашательстве с духом мiра, на профанации веры, лежит в основе и нынешних песен и плясок в пространстве, предназначенном для соборной молитвы.

Если рассуждать с позиций сугубо богословских, рассматривать проблему в свете святоотеческой Традиции, то совсем невозможно понять, почему, по какой такой причине Кураев, автор книги «Перестройка в Церковь» (сохраняем особенности авторского написания) с его неприличными «миссионерскими» анекдотами на сексуальные темы, которые он очень любил рассказывать на своих лекциях православным барышням, - маргинален, а высокие иерархи, учащие, что не следует людям Церкви замыкаться от мiра «в сакральном гетто» и что в акте Боговоплощения «Господь принял в свое Тело весь человеческий род» (что обессмысливает все учение о Церкви и о спасении в ней) – не маргинальны. У Кураева ведь можно найти отнюдь не только анекдоты, а некоторые высокие иерархи, помимо серьезных проповедей и службы Божией, были когда-то замечены и в плясках…

А разве не получил официального благословения учебник по миссиологии[1] (по которому продолжают обучать семинаристов, то есть будущих пастырей), в котором говорится о «миссии через субкультуры», причем, согласно авторам, следует найти «общие точки соприкосновения» между ложной духовностью оных субкультур и Евангелием?! На языке Писания это называется искать общее у Бога с мамоной и у Христа с Велиаром. В свете Традиции (то есть, как понятно, Писания и Предания) все это – одинаково маргинально. То есть, говоря языком Церкви, попросту еретично!

Как и логично вытекающая из вышеизложенных «миссионэрских» лжеучений идея одного уважаемого владыки привлечь к пропаганде высокой культуры небезызвестного лидера группы «Ленинград» С.Шнурова. Оный Шнуров заслуженно пользуется репутацией хулигана даже по меркам нынешнего шоу-бизнеса, а это много стоит! Недавно этот креативный культуртрегер, надежда наших новых миссионеров, снял новый скандальный клип под названием «Экстаз», с явными элементами мягкого порно (или, если посмотреть, так сказать, с другого конца, тяжелой эротики). Пусть наши активные поборники «новой миссии», или церковной перестройки насладятся оным произведением (на которое мы, чтобы не брать на душу лишнего греха, даже не дадим ссылки. Найти в сети легче легкого). И пусть тогда сколько влезет впадают в свой миссионэрский экстаз. Только пусть уже не осуждают ни плясавиц с неприличным названием (как никак, все же отсидевших за свой креатив полных два года), ни ловца покемонов, что отделался условным сроком.

Так что в абсолютно правильной, взвешенной и стопроцентно грамотной статье уважаемого о. Георгия не хватает совсем чуть-чуть: констатации того, что корабль нашей земной Церкви не сам по себе движется на рифы, а также не потому, что нерадивые матросы поставили не те паруса. Просто дело в том, что руль церковного управления находится в каком-то смысле в очень надежных руках, и на рифы наш корабль ведут сознательно.

Здесь стоит спросить: а что же делать? Духовно опытные люди отвечают на него так. Можно прыгать за борт, то есть уходить в раскол, и тогда наверняка утонешь. Можно попытаться перехватить руль управления, но это еще надо суметь. А можно посылать сигнал «SOS!». То есть молиться и говорить правду. Что мы и делаем, терпя за наше скромное делание множество искушений от наших ближних и прочих напастей. У кого-то есть мысли насчет другого выхода?

Владимир Семенко

[1] Миссиология. Учебное пособие. Изд. 2-е, исправленное и дополненное. Миссионерский отдел Русской Православной Церкви. 2010. С. 188.




Возврат к списку