Новости и комментарии

17.09.2020 Епархиальная комиссия по проведению инвентаризации не была допущена в Среднеуральский монастырь

17.09.2020 Погиб известный православный публицист о. Александр Шумский

16.09.2020 МВД признало недействительным белорусский паспорт католического митрополита Кондрусевича

16.09.2020 Полпред Президента в Уральском ФО Николай Цуканов пока не намерен вмешиваться в события вокруг бывшего схиигумена Сергия

16.09.2020 В Калининграде задержали мывших ноги в святом источнике + видео

16.09.2020 В Белоруссию прибыло свыше 2,5 тыс. хасидов, из них 1,2 тыс. находятся на приграничных с Украиной территориях

15.09.2020 ВЕЧЕР ПАМЯТИ ВАСИЛИЯ ЖДАНКИНА ПРОШЕЛ В МОСКВЕ

14.09.2020 Митрополит Иларион (Алфеев) посоветовал привиться от коронавируса, чтобы избежать страданий

12.09.2020 Из-за коронавируса в Петербургской духовной академии ввели карантин

12.09.2020 Зиккурат или музей? В России проведут конкурс на лучшую концепцию использования мавзолея

>>>Все материалы данного раздела
>>>Все материалы данного раздела

Официоз

>>>Все материалы данного раздела
Выберите подраздел:

Вышли на площадь…

шевроны белорусских СС.jpg

На фото: шевроны частей белорусских коллаборационистов, входивших в состав СС

Один из уроков второго киевского Майдана заключается в том, что российские либерасты, а также их подельники из других независимых государств ближнего и дальнего зарубежья тогда полностью «слились» в качестве классических либералов, каковыми до сих пор себя считают, по факту солидаризировавшись с укронацистскими боевиками, составлявшими его, Майдана, главную ударную силу. Сегодня, когда технологии Джина Шарпа и спецслужб Запада сполна применяются уже в Белоруссии, либероиды, в том числе и с «православным» окрасом, вновь наступают на собственную блевотину, прославляя наследие нацистского сепаратизма времен Второй мировой войны, которая навсегда останется в нашей памяти как Великая Отечественная. При этом в процессе активное участие принимают и клирики. Что сразу же радостно отражает «Правмир».

Внеся свою посильную лепту в прославление «мирного протеста», этот якобы православно-просветительский и чуждый политике ресурс с восторженным придыханием сообщает:

«Священники Гродненской епархии на ступенях главного городского храма — Свято-покровского кафедрального собора — исполнили молитвенный гимн “Могутны Боже”»…

Далее следует проникновенный рассказ клирика Свято-Владимирской церкви протоиерея Андрея Яворца:

«Наш хор священнослужителей Гродненской епархии существует 20 лет. Мы являемся постоянными и самыми давними участниками Гродненского международного фестиваля православных песнопений «Коложский Благовест». В день открытия фестиваля наш хор как визитную карточку исполняет гимн «Могутный Боже»…

Вчера я увидел, как работники белорусской филармонии в знак солидарности, желая обозначить волю к миру и прекращению насилия, спели на ступенях филармонии этот гимн. Я подумал: «Здорово, молодцы, но ведь для нашего хора это тоже важное песнопение, мы везде с ним и всюду». Я пообщался с братьями, со своими сослужителями, и предложил им: «Отцы, дорогие, светские люди исполняют, но ведь это же и наше произведение. Что мы можем в этой ситуации сделать? Мы можем молиться, показывать свою волю, чтобы Бог в этот сложный момент был с белорусами и Беларусью». Отцы откликнулись. Приехали даже из других городов. 50-70 километров, это тоже какой-то путь, но они проделали его, потому что почувствовали, что им это тоже нужно и важно.

На ступенях нашего главного собора мы исполнили это песнопение, чтобы люди видели, что наше отношение ко всему, что происходит, одно — оно евангельское, молитвенное, оно исполнено упованием на Бога, но оно и обращено к людям, к тому, чтобы благоденствие, мир и добрые отношения между людьми были восстановлены.

Контекст событий, происходящих все эти дни, накладывал особую ответственность. Нас слушали люди, которые просто проходили по улице, одной из самых старых и красивых улиц нашего города. Нам очень хотелось, чтобы они почувствовали, что у нас не просто перформанс, а что в этот момент на ступенях нашего главного храма мы, священники, ходатайствуем перед Богом о мире в нашей стране, а все-таки она была мирной, и она должна быть такой.

Мне очень дороги слова этого произведения. Автор текста — Наталья Арсеньева, белорусская поэтесса. Это девочка, родившаяся на Юге России, во время Гражданской войны с родителями оказавшаяся в Вильно, нынешнем Вильнюсе, на тот момент много и плотно населенном белорусами. Это были 20-е годы, когда вся экономика была разрушена. На территории Беларуси осуществляла деятельность благотворительная американская организация АRА. В Вильно она базировалась на базе белорусской гимназии, и там, в гимназии, работала бесплатная столовая для учеников. Родители этой девочки, понимая, что не прокормят ее, отдали ее учиться в белорусскую гимназию. Таким образом эта русская девочка оказалась включенной в белорусский язык и культуру. Потом взрослым уже человеком она оказалась в Минске. В 1943-м, годы проведя в оккупации, видя вокруг себя страдания, она написала этот текст. А музыку к нему написал белорусский композитор Микола Ровенский, который во время оккупации потерял семью и вынужден был эмигрировать на Запад.

Все строчки этого произведения дороги, но самыми трогательными для меня всегда были строчки из второй строфы: «Дай спор у працы штодзённай, шэрай, на лусту хлеба, на родны край». То есть Наталья Арсеньева, русская девочка, волей Божьего Промысла, через американскую столовку оказавшаяся в белорусском мире, выразила белорусский минимализм: нам ничего больше на надо, только кусок хлеба и только родный край, а остальное мы сделаем сами.

Я не могу давать политических, экономических оценок ситуации — я в этом не разбираюсь, но я вижу, что в городе после нескольких дней страха, после тяжелых периодов, когда по вечерам происходили жесткие задержания с невероятно жесткими арестами и жестоким обращением в местах заключения, атмосфера изменилась. После трех дней этого ужаса прошла акция: в районе автовокзала вдоль тротуаров выстроились девушки, преимущественно молодые, но были и женщины средних лет и даже пожилые дамы, в белых одеждах, с цветами. Проезжающие мимо машины им сигналили, и это продолжалось с трех часов дня до девяти вечера.

Эти женщины как будто переключили рубильник, люди в городе расслабились и почувствовали атмосферу свободы, добра, дружеского отношения друг к другу. У нас сейчас на площади перед городской администрацией проходит митинг в совершенно мирной обстановке. Оказалось, люди, если их не гоняют омоновцы, вполне способны достойно, корректно себя вести, выстраивать диалог с властями. Инструментом, который позволил все это перевести в мирное русло, стала чья-то фантастическая идея, жест добра, любви и красоты, которые, хочется верить, победили».

Итак, типичная технология Майдана – «победить любовью» тиранический диктаторский режим. Правда, что-то не дает нам забыть Киев, нацистских боевиков там, но быть может, у мирных белорусов все иначе? Однако стоит немного напрячься и изучить, так сказать, историю вопроса, чтобы обнаружить нацистские ушки, тщательно скрываемые цветами и белыми одеждами. Речь, конечно, о «русской девочке» Наталье Арсеньевой, «через американскую столовку» (какой пронзительный символ! – В.С.) «оказавшейся в белорусском мире». Девочка при ближайшем рассмотрении оказывается не вполне чистой и непорочной выразительницей мирного и молитвенного настроения, рожденного теми страданиями, что несчастная видела вокруг себя в оккупации. В действительности выясняется, что «“Ма́гутны Бо́жа” (рус. Могучий Боже), авторское название — “Малітва” (рус. Молитва) — стихотворение, написанное в 1943 году работавшей на нацистов Натальей Арсеньевой, женой главного белорусского коллаборациониста, полицая и командира Белорусской краевой обороны Франца Кушеля. В 1947 году композитор Николай Равенский переложил его на музыку и написал религиозный гимн для послевоенной белорусской эмиграции. Некоторое время тому назад (в 1995 году) предлагалось сделать это стихотворение официальным государственным гимном Белоруссии».

Поскольку речь идет о религиозном гимне, самим автором названном молитвой, естественно полюбопытствовать на предмет его текста. Вот русский перевод этой «молитвы»:

Великий (Всемогущий) Боже, Миров властитель,

Огромных солнц, сердец маленьких, *

Над Беларусью, щедрой и тихой,

Рассыпь лучами свои хвалы.

Дай спор (успех) в работе, подённой, серой,

На хлеб насущный, на край родной.

Почтенье, силу, веры величье (величие веры)

Дай в нашу правду и… в будущность.

Дай урожайность (плодородье) пшеничным нивам,

Поступкам нашим пошли умолот (урожай).

Свободной сделай, счастливой сделай

Страну всю нашу и… наш народ (народ весь наш)!

… Страну всю нашу и наш народ (народ весь наш)!

Как видим, вопреки словам отца протоиерея, содержание «гимна» отнюдь не «евангельское»; оно полностью противоположно христианскому представлению о молитве и касается в основном сугубо земных проблем: из двенадцати строк его лишь одна касается собственно религиозной веры. Для сравнения можно указать хотя бы на всем известную молитву «Отче Наш», преподанную Самим Христом. Там вначале говорится о почитании Имени Божьего («Да святится Имя Твое»), затем призывается Царство Божие, которое, по словам Самого же Христа, «не от мира сего», декларируется смирение перед волей Божией («Да будет воля Твоя») и лишь после этого содержится прошение «хлеба насущного». В якобы религиозном гимне белорусских националистов приоритеты прямо противоположные: речь идет в первую очередь о чисто земном процветании, а духовное начало, говоря мягко – на втором и третьем плане. И именно это приводит в умиление либерального попа из сегодняшней Гродненской епархии!

Нажав еще несколько кнопок, можно узнать любопытные подробности из биографии сладкой парочки. Верный супруг лирической поэтессы Франц Кушель, будучи офицером еще царской императорской армии, дезертировал из нее в годы Первой мировой войны, а «с 1917 года принял участие в движении белорусских националистов, добивавшихся отделения Белоруссии от России в форме независимой Белорусской народной республики. После ухода немецких оккупационных войск перешёл на службу к оккупировавшим западную часть БНР легионерам Пилсудского. Служил в Белорусской Военной комиссии для организации "национальных" подразделений при армии Пилсудского. В 1921—1939 годах служил в Войске Польском в звании капитана.

В конце сентября 1939 года с отступающими польскими частями оказался под Львовом, где получил под команду батальон Добровольческого корпуса обороны этого города. По приказу своего командира генерала Лангера вместе со своим батальоном сдался в плен участвовавшим в реокупации западной части БНР частям РККА.

Затем Кушель был перевезён в Лубянскую тюрьму, где его подсаживали к высокопоставленным польским военнопленным, в том числе и к генералу Андерсу. В начале 1941 года освобождён и отправлен в Белоруссию под надзор минского НКВД.

Одновременно его жене Наталье Арсеньевой с двумя сыновьями, было разрешено вернуться из казахстанской ссылки по личному ходатайству секретаря Вилейского обкома партии Б.М. Климковича перед секретарём ЦК КП(б)Б Пантелеймоном Пономаренко. Уже в постсоветский период президентская газета «Советская Белоруссия» опубликовала материалы, согласно которым Наталья Арсеньева была завербована в качестве агента для разработки белорусских националистов среди литературно-писательских кругов БССР. Издания белорусских националистов не отрицали этого, заявляли вынужденный характер сотрудничества (!) и указывали её оперативный псевдоним - "Козбич".

Великую Отечественную войну Кушель встретил в БССР. В первые дни гитлеровской оккупации добровольно предложил свои услуги немецким оккупационным властям и был принят в ряды минской вспомогательной полиции («ОД»). Его жена также добровольно участвовала в коллаборационизме, печаталась в минской газете белорусских национал-социалистов, поддерживала связи с деятелями созданного в Берлине "Белорусского Комитета Самопомощи" и другими представителями националистической эмиграции.»

Из дальнейшей биографии Кушеля узнаем, что его полицаи поначалу достаточно успешно боролись с белорусскими партизанами (ну, то есть когда те были еще недостаточно сильны, и бороться приходилось в основном с мирными жителями), но затем, по мере усиления партизанского движения в оккупированной Белоруссии, стали терпеть поражения. А когда «в конце июля 1944 года началось массовое бегство подразделений БКО, уцелевших от пленения наступавшей РККА», то немцы после разных перетрясок и слияния с другими частями, решили перебросить белорусских коллаборационистов на западный фронт, где те «поплыли» окончательно.

«При встрече с американцами белорусы либо дезертировали, либо разбегались. Позже в своих мемуарах Кушель вспоминал апрель 1945 года, отметив: "Для нас, белорусов, не было никакого интереса погибнуть вместе с СС в безнадёжной борьбе с англо-американцами". (Еще бы! – В.С.)

Незадолго до капитуляции III Рейха, 28 апреля 1945 года Кушель принял непосредственное участие в дезертирстве укомплектованных белорусами немецких частей, сдавшихся американской армии. Для этого он 25 апреля вошёл в контакт с командиром КОНР (детища генерала Андрея Власова - «Комитета освобождения народов России») генерал-майором Виктором Мальцевым, получив от него заверения защиты при реализации плана дезертирства. Подчинённые Кушелю формирования дезертировали в районе Айзенштадта».

Итак, наша сладкая парочка – это, можно сказать, профессиональные перебежчики, служившие тем, кому в данный момент было служить наиболее выгодно и, так сказать, «комфортно» и не раз предававшие тех, кому служили. Как и генерал Андрей Власов, супруг нашей поэтессы (недалеко ушедшей в этом деле от мужа) несколько раз предал свою воинскую присягу: сначала царскую, потом польскую, потом немецкую, и при этом ухитрившись стать лидером (или, во всяком случае, одним из лидеров) белорусских националистов. При этом где-то в середине своей биографии оба супруга успели еще посотрудничать с НКВД, успешно сливая своих «братьев» - белорусских националистов, а заодно и поляков, что никоим образом не помешало им затем добровольно пойти на службу к немецким нацистам! Авторша проникновенного, якобы религиозного, молитвенного гимна, взятого сейчас на вооружение борцами против «страшной тирании» Лукашенко и примкнувшими к ним либеральными клириками РПЦ, вместе со своим мужем была напрочь лишена самой элементарной верности, но, как и ее адепты, претендует на роль проповедницы высокой веры. Но может ли быть вера без верности? Вопрос, наверно, риторический.

Предательское нутро, прикрытое фиговым листком – возвышенными словами о религиозной вере – не в этом ли заключена подлинная суть «либерального христианства», чьи плевелы, не прополотые вовремя сегодняшней «диктатурой», пышным цветом расцвели теперь в Белоруссии и не только в ней?

Что же до прошения чисто земных благ, содержащегося в «религиозном» гимне, принадлежащем перу профессиональной перебежчицы, то надо ли напоминать судьбу соседней Украины? После «революции достоинства» многие украинцы, недовольные ранее отнюдь не безгрешным режимом Януковича, стали жить несоизмеримо хуже, что сегодня по факту признают и сами, уезжая с любимой родины туда, где можно заработать несколько больше (в том числе и в Россию). Закономерные плоды впадающего в гордыню национализма (склонного к измене просто по своей природе), что «естественным» образом сочетается с предательством веры. (Лидер украинских раскольников лжемитрополит Епифаний Думенко уже призывает белорусов потребовать «томос» об автокефалии). Но все это выступает под маской «истинного христианства»…

Владимир Семенко




Возврат к списку