Новости и комментарии

>>>Все материалы данного раздела
>>>Все материалы данного раздела

Официоз

>>>Все материалы данного раздела
Выберите подраздел:

Как финансируется РПЦ

Финансы Церкви_.jpg

Фото: ФедералПресс /

События последних дней дали новую почву для размышлений на тему Русской Православной Церкви. Московский Патриархат получил приходы в Западной Европе и ушел на длинную дистанцию в отношениях с греками. Этот факт можно расценивать не только с внешнеполитической точки зрения, но и… с финансовой. РПЦ считается совсем не бедной структурой, а с расширением «географии присутствия» бюджет, вероятно, еще больше скорректируется. «ФедералПресс» провел собственное расследование и выяснил, как финансируется православная Церковь, на чьи деньги ремонтируют храмы, кто платит зарплату священникам и из-за чего европейцы готовы судиться с нашими иерархами. Подробности – в материале нашего агентства.

Цена «победы»

Недавно Русская Православная Церковь отмечала триумф: к Московскому Патриархату присоединились приходы в Западной Европе. «Речь идет о том, что архиепископия русских приходов в Западной Европе (большей частью духовенство) воссоединилась с Русской Церковью. Таково было желание ее основателя – митрополита Евлогия (Георгиевского). Это большой естественный шаг, которого многие ждали», – отмечает протоиерей Всеволод Чаплин.

Священнослужитель признал, что присоединение далось нелегко. «Были выходцы из старой интеллигенции, которые с подозрением относились к современной России. Но парижская богословская школа всегда славилась большей либеральностью», – отметил отец Всеволод. По его словам, мигранты последних лет из стран постсоветского пространства уже не думают о том, что Церковь в современной России какая-то «неправильная». Поэтому давний разговор о присоединении теперь решился в пользу Москвы.

Чаплин считает, что несогласных присоединиться к Москве, скорее всего, ждет незавидная участь: «Небольшие приходы просто растворятся под руководством Константинополя или других церквей».

В то же время священник отмечает, что и в самой России неоднозначно отнеслись к присоединению. Некоторые опасаются слишком большого влияния европейских модернистов на нашу Церковь. Но этого, уверен отец Всеволод, не произойдет.

Как это часто бывает, без ложки дегтя не обошлось. По словам историка и религиоведа Константина Михайлова, экономические выгоды от присоединения если и есть, то это «вопрос второстепенный». «Русская Православная Церковь находится в сложном положении. На прошлой неделе патриарх Александрийский и всей Африки признал Украинскую православную церковь, то есть занял в этой дискуссии не сторону Москвы», – прокомментировал Михайлов.

«На фоне того, что происходит на Украине, включая поддержку Александрийской церкви, западноевропейские приходы – не такой уж большой успех», считает христианский публицист, научный сотрудник Института религиозных и социальных исследований Владимир Семенко.

По словам ученого, к РПЦ присоединились не все приходы, а около 40-60 %. Эксперт прогнозирует «целый ряд затяжных судов». Те, кто не поддержал присоединение, будут оспаривать права на собственность объектов недвижимости западноевропейской православной Церкви, чтобы они не перешли под контроль Московского Патриархата. А речь идет о крупнейших храмах и земельных участках. К примеру, отмечает Семенко, «назревает большой судебный процесс, касающийся судьбы собора Александра Невского в Париже».

Выгода РПЦ от присоединения зарубежных приходов есть. Но это не «игра в одни ворота». Вкладывает ли сам Московский Патриархат средства в иностранные церкви, доподлинно не известно, но вот государство вливает деньги в них активно.

Зачастую, конечно, не напрямую из бюджета. Например, Московский центр международного сотрудничества потратил почти миллион бюджетных рублей летом прошлого года на «помощь приходам Русской Православной Церкви за рубежом в приобретении церковной утвари и литературы». Данные опубликованы на сайте госзакупок. Почти 300 тысяч было потрачено тем же центром в октябре этого года на закупку утвари и литературы в церкви Кишинева, 200 тысяч рублей для тех же целей выделено церкви в городе Резекне (Латвия), 635 тысяч рублей – в Магдебурге (Германия) и почти полмиллиона ушло приходу в Дублине (Ирландия).

Однако это мизерная часть затрат. По словам источника «ФедералПресс» в РПЦ, речь о куда больших суммах. «Сотни тысяч проводятся через различные фонды и организации международного сотрудничества. Госбюджет России оказывает существенную финансовую помощь РПЦ за рубежом», – рассказал источник.

Несмотря на это, как рассказал «ФедералПресс» протоиерей Всеволод Чаплин, у приходов в Западной Европе больше самостоятельности. «Архиепископии в Западной Европе дано право выбирать своего иерея. Такая практика есть и в Эстонии, и в ряде других стран. Да, в этом случае есть некоторая опасность влияния на выбор епископа политических и финансовых элит. Но такие угрозы легко преодолеваются, когда есть подлинный церковный дух. А единичные квазилибералы из парижской школы погоду не сделают», – считает священник.

Экономика веры

Юридически Русская Православная Церковь относится к религиозным НКО. То есть она не облагается налогом и имеет право на льготы. В их числе такие «бонусы», как право бессрочной аренды государственной земли, за которую Церковь не платит.

«В России храмы и земля под ними находятся в большинстве своем в государственной собственности, Церковь владеет ими на правах бессрочной аренды. В Молдавии же, например, есть целый ряд приходов, где земля и недвижимость являются частной собственностью либо принадлежат общине», – отметил научный сотрудник Владимир Семенко.

Работник епархии на условиях анонимности рассказал «ФедералПресс», как устроены финансовые схемы в Церкви. По его словам, сумма отчислений устанавливается на основе возможностей того или иного прихода. Епархиальное управление собирает деньги со всех и дальше распределяет в соответствии с определенными «коэффициентами». Какой-то церкви достается больше средств, какой-то меньше. Часть суммы отчисляется в Москву.

«Каждый приход имеет четкий план (заработка). Ряд церквей этот план выполняет легко, ряд – с трудом, отсюда и разница в благосостоянии батюшек. Четкого контроля за тем количеством денег, которые зарабатывают храмы, нет», – добавил епархиальный работник.

Религиовед Владимир Семенко подтверждает эту схему. «По неофициальным правилам, у нас в среднем 20 % должно переводиться в центральные церковные органы», – рассказал Семенко.

Чтобы выполнить план, каждый старается как может. В туристических зонах зарабатывают на сувенирах (нередко из Китая). Во многих монастырях Москвы и других городов любой светский человек может пообедать в трапезной, купить местную косметику. Еще один источник доходов – паломники. Не секрет, что паломничество обходится дешевле обычного светского тура по тем же местам. Но самую большую прибыль приносит привоз крупных святынь с международным статусом: паломнические поездки и продажа предметов культа приносят в такие дни баснословную прибыль.

Золотой крест, купленный в храме, обычно в два-три раза дороже, чем такой же крестик в ювелирном магазине. От чего это зависит? Просто стоимость устанавливает сам приход. То же самое касается свечек, себестоимость которых копейки, а продаются они за десятки, а то и сотни рублей. Впрочем, так не везде. «Например, в Новоспасском монастыре (в Москве) за записки и свечи нет фиксированной платы. Есть ящик – опускайте сколько можете. А на сорокоуст (поминовение 40 дней подряд) или годичное поминание установлена определенная плата. Это зависит от местного руководства, как и зарплата священника», – рассказал религиовед Владимир Семенко.

Кстати, Семенко называет большой иллюзией то, что все священнослужители много зарабатывают. Служение в храме Христа Спасителя – одно дело, где-то в глубинке – другое. Есть приходы, где священники вообще оплаты не получают. Формально зарплата священника должна устанавливаться приходским собранием, и в центральной России действительно эта система строго выстроена. Но никакой правящий столичный архиерей не будет определять зарплату священника в регионах – там все-таки размер платы зависит от возможностей общины.

Более того, как сообщил Владимир Семенко, в России нет пенсий для священников. Социальное расслоение, характерное сегодня для России, проявляется и в Церкви. «Даже в центре Москвы есть ряд приходов, где священники после выхода на пенсию выживают как могут. Например, за счет родственников. Есть узкая прослойка сверхбогатой церковной бюрократии, остальные живут бедно», – отмечает эксперт.

Так не во всех странах. К примеру, в Греции православные священники имеют статус госслужащих, получают оклады, надбавки и пенсии и отчитываются о доходах.

Сложно судить, способно ли государство контролировать доходы и расходы религиозных организаций. Скорее нет, чем да. Но и сама церковь не может гарантировать подконтрольность денежных потоков в разных приходах.

А еще можно вспомнить банк «Пересвет», который в свое время СМИ связали с РПЦ и патриархом Кириллом. Еще в 1992-м «Пересвет» был «дочкой» Торгово-промышленной палаты. Тогда он еще назывался «Экспобанк». «Структуры финансово-хозяйственного управления (ФХУ) РПЦ стали владельцем почти контрольного пакета банка – 49,99 %. Патриарх после избрания из совета директоров вышел, однако в него входил глава ФХУ РПЦ, викарий патриарха Тихон (Зайцев)», – отмечается в одном из журналистских расследований.

В 2015 году представители РПЦ покинули совет директоров. Позже банк обанкротился. Однако сайт «Пересвета» (вероятно, как и банк) работает и сейчас, притом регулярно обновляется.

«Светское» государство

По словам протоиерея Всеволода Чаплина, на начало 2019 года в России насчитывалось 38,5 тысячи приходов, в том числе около 900 приходов ближнего и дальнего зарубежья (до присоединения). За последние 20 лет количество приходов значительно выросло. Например, в Москве даже реализуется целевая программа «200 храмов». Суть ее в том, чтобы в каждом районе города была своя церковь. Правда, по словам эксперта Владимира Семенко, «в одних районах строят большие презентабельные церкви, в других – маленькие типовые здания». Однако при этом, как отмечает историк и религиовед Константин Михайлов, «посещаемость церквей в нашей стране довольно низкая».

Кстати, есть на сайте госзакупок и тендеры на строительство новых храмов на территории военных частей за счет средств Минобороны.

Несмотря на то что по Конституции в России Церковь отделена от государства, власти активно помогают РПЦ. Согласно расследованию РБК, в 2012–2015 годах православная Церковь и связанные с ней структуры получили из бюджета и от государственных организаций минимум 14 млрд. рублей (в среднем это 4,6 млрд. рублей в год). Как сообщает источник в церковных кругах, финансирование сохраняется и даже растет.

Значительные средства идут по линии Минкульта России. Финансирование предусмотрено в рамках нацпроекта «Культура». На реализацию этого проекта в России на ближайшую пятилетку планируется выделить свыше 100 млрд. рублей: просто многие старые храмы являются памятниками архитектуры, объектами культурного наследия. Мониторинг сайта госзакупок показывает, что почти все храмы в России ремонтируются за счет федерального бюджета. Например, от 5,6 млн. рублей и выше стоит только разработка проектно-сметной документации на реконструкцию храма. Отремонтировать крышу или пол в храме Санкт-Петербурга – от 20 миллионов. Реставрация церкви фактически из руин в Свято-Троицком скиту – около 26 млн. рублей. Во всех случаях заказчик – Министерство культуры России.

Между тем сегодня в России насчитывается около шести тысяч заброшенных церквей, которые остались вне поля внимания государства. Старые храмы восстанавливаются очень медленно и не везде, да и то лишь за счет благотворительных фондов, частных организаций, редко – за счет бюджета. Причина банальна – в вымирании деревни. Например, в Калужской области стоит одна отреставрированная колокольня и стенд с информацией о том, что до революции тут было цветущее место со своим храмом, школой, больницей, полицейским участком. А теперь три покосившиеся избы и животноводческий комплекс, который и восстановил колокольню да табличку добавил. Какой смысл тут восстанавливать храм?

Есть священники, которые, не получая никакой зарплаты, сами ищут деньги, чтобы «на своем энтузиазме консервировать старинные храмы до лучших времен». Они верят, что с маленькой деревни начинается Россия, а в древнем храме когда-то еще зазвенит колокол. «Это по сути святые люди. Но сказать, что их сильно поддерживают из центра, я не могу, – отмечает Семенко. – Сама община не может содержать храмы и строения. В определенный момент приходит носитель финансового ресурса (спонсор. – Прим. ред.) и оплачивает строительство и реконструкцию».

Администрации ряда регионов также выделяют средства областных бюджетов на организацию паломнических поездок православных верующих. Кроме того, во многих городах православные школы носят статус муниципальных учреждений, следовательно, получают средства из бюджета. На сайте госзакупок есть такие тендеры: закупка оргтехники для нужд муниципальной православной гимназии в Звенигороде, размещенная в октябре 2019 года, проведение Соловецкого православного форума (тендер на 5 млн. рублей размещен в июле 2019 года), благоустройство территории у частной православной гимназии в Гусь-Хрустальном (первый этап) – 8,6 млн. рублей. Активно выделяются бюджетные средства для закупки православной литературы в библиотеки вузов, а в отдельных случаях – на написание церковных книг.

Государственную поддержку РПЦ отрицать нельзя. Вместе с тем эксперты говорят о «некотором перекосе». «Я не могу давать этому этических оценок, однако тот факт, что государство помогает реконструировать храмы РПЦ, но не помогает баптистам, к примеру, смотрится несколько удивительно», – отмечает эксперт Константин Михайлов.

Другими словами, в России на протяжении последних 20 лет так или иначе поддерживаются четыре традиционные религии. Однако православная Церковь находится в привилегированном положении – именно ей идет основное финансирование. По словам религиоведа Владимира Семенко, понятно, почему: руководство страны не будет игнорировать крупную влиятельную структуру, ведь большинство россиян все-таки идентифицируют себя с православием.

Виктор Вытольский, Екатерина Лазарева, Евгений Поторочин, kremlin.ru

Источник




Возврат к списку