Новости и комментарии

22.01.2020 «Бог Кузя» и провокация против Царского храма

20.01.2020 Всё для содомитов: католические епископы Франции рекомендуют не указывать пол родителей в бланках крещения

20.01.2020 Музыка для «бога». Суд арестовал заслуженную артистку России по делу секты "бога Кузи"

16.01.2020 Православные активисты потребовали лишить Ивана Урганта гражданства

16.01.2020 Два сирийских митрополита приняли мученическую смерть

10.01.2020 Finis appropinquavit. Папа Римский Франциск объявил толпе на площади Святого Петра, что это Рождество может стать последним для человечества

10.01.2020 Гладко было на бумаге. Но забыли про Филарета… О ситуации в украинской «церкви» ПЦУ

30.12.2019 РПЦ призвала мировое сообщество защитить права православных Черногории

23.12.2019 Обет нестяжания в варианте ОВЦС: у митрополита Илариона (Алфеева) нашли квартиру в Испании за 65, 6 млн рублей

21.12.2019 Патриарх Кирилл призвал священников не превращать исповедь в дознание

>>>Все материалы данного раздела
>>>Все материалы данного раздела

Официоз

>>>Все материалы данного раздела
Выберите подраздел:

Певец глубинной Руси

Жданкин Василий_.jpg

Когда я впервые услышал Василия Жданкина, то сразу сказал – себе и другим: это артист уровня великого Штоколова. А его трудная судьба – увы, продукт и достояние нашей безвременной, во многом потерявшей себя эпохи. Его голос завораживал не только глубокой проникновенностью и редкостным тембром, не только той неповторимой и трудно выразимой «изюминкой», что всегда отличает подлинное, незаурядное дарование. Он просто дышал великой и сегодня почти вышедшей из «употребления» подлинностью и тем с первых нот навсегда привязывал к себе, становясь неотъемлемым достоянием жизни; казалось, что этот голос и эти песни в таком именно исполнении ты слышал и знал всегда, а сегодня тебе их просто напомнили. Подлинность, которая не покупается и не дается современным передовым технологиям, не имеет ничего общего ни с какими рейтингами, индексом упоминания и ценами на билеты. Подлинное искусство, что в наши дни далеко не всегда обречено на успех.

Эта подлинность творчества столь безвременно ушедшего от нас артиста относима, конечно, не только, так сказать, к «форме», к вокально-исполнительской стороне дела. Она в полной мере связана с той смысловой нагрузкой, с тем содержанием, которое оно в себе несло. Он был столь любим одними и с не меньшей силой ненавидим другими, и для того были весьма веские причины.

Мы сейчас пришли к тому, о чем еще недавно не могли и помыслить, а если и могли, то лишь как о законченном синониме и выражении абсурда. Для слишком многих у нас «Украина» ныне ассоциируется с образом злобного врага, ненавидящего «русский мир». «Украина» – это то, что гнобит наших русских на Донбассе, дает волю всевозможной нацистской сволочи, полностью подпало под стойкую зависимость от наших врагов. В нас все меньше живого, непосредственного чувства того, что Украина – это весьма значимая часть нас самих, наше неотъемлемое и дорогое каждому русскому достояние. Василий Жданкин не занимался политикой; он не был депутатом, журналистом, писателем, политическим философом, властителем народных дум. Но каждой нотой спетых им песен он возвращал к жизни правильное, подлинное ощущение Украины, возрождал в нас глубокую, исконную, давнюю и сильно подзабытую любовь к ней. Упрекнуть его в том, что он не любил Украину, не могли самые жестокие его ненавистники; но тем сильнее они ненавидели его, ибо слушая его песни, даже самый нечуткий человек всеми фибрами души ощущал главное: любить Украину – значит быть русским.

Малоросс по рождению и украинец по паспорту, он напомнил всем, по обе стороны пресловутой границы, эту простую истину, прорываясь к изначальной и вечной исторической подлинности о нашем большом – и столь многообразном народе. Если спросят, в чем тайна его неизъяснимого обаяния, этой с первых нот, безо всяких рассуждений и умственных изысков воскресающей памяти, что несли в себе его песни, спросят, как все-таки можно выразить это чувство на словах, то я отвечу: его тайна в том, что он, в числе очень и очень немногих, был певцом глубинной Руси. Той сокровенной и чаемой нашей Родины, что самóй тоской и болью о ней свидетельствует о том, что она, эта подлинная Россия, все еще жива, несмотря ни на что.

Сегодня «русский» патриотизм пребывает в не менее жалком состоянии, чем патриотизм «украинский», цепляющийся за нелепого Бандеру, как утопающий за соломинку. Наш патриотизм, при всей его многословности и привычно-шаблонных ссылках на классиков русской мысли, полон фантомов и рабской увлеченности всевозможными идеологемами, всеми правдами и неправдами затемняющими изначальную, исконную русскую суть. Всевозможные язычники, всякого рода уменьшительные националисты, «православные сталинисты», социалисты-утописты с якобы христианским оттенком, да Бог знает кто еще, со спутанным, обрывочным сознанием, полным ложных, надуманных фобий и фантомных болей, похоже, во многом непоправимо травмированным катаклизмами последних десятилетий. Когда пел Жданкин, все эти миражи, или, как говорится в наших молитвах, «нощные мечтания» отступали, и прояснялась простая и великая русская суть: мы происходим из православного царства, и вне этих двух очевидных вещей, совершенно неоспоримых для здорового сознания, нас просто нет.

Глубинная, сокровенная Россия – православная и монархическая, безо всяких примесей. В ней нет идеологической путаницы и болезней сознания. Есть лишь сознание своего греха и тоска по утраченному Царству, земному и небесному, жажда покаяния и упорное стремление к Небесам. Она, наша подлинная, незамутненная Родина, вопреки всему терпеливо ждет своего часа, питаясь верой и надеждой на возвращение.

Наша русская миссия – это борьба за нее, и вне этой борьбы жизни нет, а есть лишь одно прозябание.

За Веру, Царя и Отечество

Мы головы сложим свои!

Всем в мире известно бояться нам нечего,

Но разве измены, други мои!

Пречистая Мать нас венчала с Россиею,

Тяжёл этот светлый венец,

Мы в бой за Отчизну пойдем как на исповедь,

Грехи нам отпустит горячий свинец.

«За веру, Царя и Отечество» – этим трагическим и вместе с тем очень светлым и пронзительно-трезвым шедевром он обессмертил свое имя. Так будем же достойны того, что мы это слышали, что жили и даже что-то делали рядом, а некоторые и вместе с ним.

Владимир Семенко





Возврат к списку