Новости и комментарии

22.05.2017 Ватикан не вызывал посла Украины и не критиковал "религиозные законопроекты"

20.05.2017 Католическая церковь канонизировала пастушков, с которых началась традиция почитания Девы Марии Фатимской

20.05.2017 У папы Франциска и Трампа диаметрально противоположные позиции по проблемам иммиграции, беженцев и изменения климата

19.05.2017 ВЕРХОВНАЯ РАДА НЕ РАССМОТРЕЛА АНТИЦЕРКОВНЫЕ ЗАКОНОПРОЕКТЫ

19.05.2017 «Двойная» выставка «Менора — культ, история и миф» одновременно открылась в Ватикане и римской синагоге

18.05.2017 Протоиерей Всеволод Чаплин: "Среди ответственных от РПЦ за Украину были прямые предатели"

18.05.2017 В Доме русского зарубежья состоялся памятный вечер ВСХСОН - легендарного антикоммунистического христианского движения 60-х годов прошлого столетия

15.05.2017 В СЕРБСКОМ ЦЕНТРЕ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ ПРОШЛА ВЫСТАВКА О ЦАРСТВЕННЫХ СТРАСТОТЕРПЦАХ

15.05.2017 В Аргентине задержана монахиня за деятельность в педофильской сети

14.05.2017 В Нигерии 400 исламских радикалов обратились в христианство. Семеро из них были рукоположены в духовный сан

>>>Все материалы данного раздела
>>>Все материалы данного раздела

Официоз

>>>Все материалы данного раздела
Выберите подраздел:

Русская Церковь между ересью и расколом

Богослужение тв ХХС_.jpg

Интервью Владимира Семенко газете и сайту «Завтра»

«Завтра»: Христос воскресе! Уважаемый Владимир Петрович, давненько мы с Вами не встречались. Помнится, не так давно мы немало говорили с Вами о ситуации внутри и вокруг РПЦ, и главный пафос ваших анализов состоял в том, что на Патриарха Кирилла ведется атака, успеху которой, к сожалению, способствуют его собственные ошибки. Но затем началась история, связанная со встречей в Гаване и документами, принятыми совещанием в Шамбези к Всеправославному собору. Сейчас уже можно подводить какие-то итоги? О чем следует в большей степени говорить, что важнее: ошибки Патриарха или внешние угрозы Церкви?

Владимир Семенко: Воистину воскресе! Я, кажется, уже не раз говорил (если непонятно, то извините), что так ставить вопрос нельзя, некорректно. И то и другое – составляющие единого процесса. Поскольку речь идет об опасности цветной революции в РПЦ, то, стало быть, необходимо понимать, что процесс развивается по ее классическим лекалам: неадекватность правящего субъекта порождает естественный, обоснованный социальный протест, в который встраиваются внешние провокаторы, имеющие целью развал управления и демонтаж всей системы. С позиций чисто аналитических, разделить все это нельзя, поскольку приходится говорить о разных факторах и этапах единого процесса, движения системы в деструктивную сторону. Что, разумеется, вовсе не означает здесь какой-то предопределенности, поскольку в системе присутствуют и принципиально иные тенденции, так сказать, тренды.

- Но если говорить о негативе, то с вашей точки зрения, это прежде всего экуменизм?

- Да, конечно, теперь это уже вполне очевидно. Сейчас уже о встрече в Гаване и «экуменических» документах, принятых в Шамбези для так называемого Всеправославного собора, материала столько, что даже если кратко все пересказывать, это займет слишком много места. Попробуем акцентировать то, что нужно сегодня для нашего прикладного анализа. Как данные события вписываются в вышеупомянутый негативный процесс?

Я уже не раз упоминал о том, что после того, как пути Патриарха Кирилла и во многом приведших его к власти «сислибов» разошлись в феврале 2012 года, и последние инициировали антицерковную кампанию, естественной социальной базой Патриарха стало церковно-консервативное большинство, консервативная часть Церкви. Худо-бедно это продолжалось несколько лет, вплоть до февраля - марта года текущего. Патриарх наращивал консервативную риторику, ярко обличая безбожие современного мира, официальные патриоты его прославляли, время от времени получая какие-нибудь знаки внимания (назовем это так). Одна патриаршая премия по литературе чего стоит! По-моему, за все время ее существования среди ее лауреатов не было ни одного явного либерала.

Но подспудно (и мы тоже уже не раз говорили об этом) модернистские реформы в Церкви, в том числе, что особенно важно, в сфере образования, подготовки будущих кадров, продолжались, хотя и замедлились. Патриарх вполне мог бы и дальше продолжать такое балансирование, сохраняя относительный мир и равновесие внутри системы, но тут стряслись два упомянутых выше события. Сейчас уже вполне ясно, что готовились они давно, но важен ведь не сам факт того, что встреча в Гаване состоялась, а пресловутый собор вскоре состоится и делегация РПЦ в нем участвует, как и планировалось, а то, какие документы там приняты и готовы к принятию. И также совершенно понятно, что если бы все делалось строго по канонам, в условиях положенной в таких случаях гласности, то нынешние бурные события разразились бы не после принятия столь судьбоносных решений, а до него, что было бы гораздо менее опасно.

- Вы полагаете произошедшее необратимым, непоправимо катастрофичным?

- Как раз нет. Во всяком случае, пока нет. Если бы это было так, то нам с вами следовало бы не сидеть здесь, мирно беседуя, а уходить в леса, прихватив с собой «богослужебный сборник» для службы «мирянским чином», как к тому со свойственной ему провокационностью фактически призывает (или начинает, готовится призвать) сайт «Москва Третий Рим».

- Но тогда, значит, шанс на исправление ситуации есть?

- Он есть, но им еще надо суметь воспользоваться, что очень непросто. Я еще скажу об этом, но вначале о том, почему произошедшие события мне видятся в столь опасном, трагическом свете.

Во-первых, это фактор, так сказать, внутренний. Своими действиями, связанными с абсолютно тайной подготовкой встречи в Гаване и практически силовым продавливанием шамбезийских документов на Архиерейском соборе, а также, разумеется, общей либерально-экуменической направленностью своей активности последних месяцев Патриарх Кирилл сделал то, что на политтехнологическом языке называется «расколоть свое электоральное ядро». Для сислибов он предатель, перешедший на сторону Путина в феврале 2012, для либералов и модернистов церковных, а также их кураторов он слабый, плохой реформатор, который медленно проводит церковные реформы, ну а для церковно-консервативного большинства, на которое, пусть чисто формально, он опирался в последние годы, он теперь – лицемер, прикрывающий свою экуменическую политику консервативной риторикой, в искренность которой ныне мало кто верит. Я не хочу сейчас обсуждать вопрос о том, насколько это верно по существу, важно, что народ так думает. При этом нельзя не отметить, что услужливые псевдоаналитики из ОВЦС и т.п. структур, которые пишут «шефу» и говорят в интервью всякие успокоительные тексты про то, что ревнительское движение – это кучка маргиналов, оказывают ему медвежью услугу. Судить по сытой и по определению склонной к компромиссам Москве никак нельзя. Я знаю, что, например, в одном из районов ближнего Подмосковья из 30 служащих там священников нашей Церкви на сегодняшний момент 10 уже подали за штат. А это означает, что они по определению становятся рекрутами для вербовки в какой-нибудь раскол. То ли еще будет… Впрочем, про ревнительское движение мы еще поговорим позднее.

- Ну, это все равно маргинально по определению. У патриарха есть поддержка во власти, и его положение на международной арене вполне прочно. Чего ему можно всерьез опасаться?

- Российская государственная «власть» - это отдельный вопрос, но что касается международного фактора, то он-то как раз и является основным! Ведь когда представители официальных церковных структур, а за ними и услужливые патриоты официоза (никак не могу назвать их просто патриотами) как мантру, повторяют, что ревнительское движение ничтожно и поэтому не может считаться серьезным религиозно-политическим фактором, то они явно лукавят, и лукавство это лежит на поверхности. Просто удивительно, как эти недалекие люди могут настолько не уважать тех, кто их читает и слушает. Если бы экуменической политике патриарха Кирилла и его ближайшего окружения противостояли только наши независимые конференции, это вообще не стоило бы обсуждения. Но ведь это очевидно не так! Главная проблема для наших экуменистов в том, что именно сейчас, перед планируемым в июне на Крите так называемым «Всеправославным собором», антиэкуменическое движение с новой силой вдруг охватило практически весь православный мир! Все, кто хоть как-то в теме, прекрасно знают, что первые и наиболее мощные протесты (причем не просто какие-то общественные протесты, которыми еще можно пренебречь, но такие, которые включают в себя просто убийственную богословскую критику) начались не здесь, не в России, а на территории других Поместных Православных Церквей. А это вам не Россия. Там нельзя сказать, как на своем Архиерейском соборе: «Владыка, садитесь, все уже решено» (как это сделал наш патриарх, когда попытался взять слово владыка Унгенский Петр). И тем более так нельзя обращаться с иерархами РПЦЗ, которая ныне соединилась с РПЦ МП, но по-прежнему очень не любит экуменизм. Это люди, вписанные в Запад, в западное сообщество, с развитым правовым сознанием, права свои хорошо знают и не собираются ими поступаться. Для них это вообще очень болезненный вопрос, поскольку те зарубежники, которые ушли в раскол, не пожелав объединяться с «чекистами в рясах», теперь могут сказать им: «Вот видите, мы же вас предупреждали! И что, скажите, вы выиграли? Об вас просто подошвы вытирают». Поэтому сколь бы ни был любезен и вежлив, например владыка Берлинский Марк, его критика богословского убожества, порожденного в недрах ОВЦС при участии Фанара, была просто убойной. Поэтому (в частности поэтому) представители ОВЦС так и заистерили после официальной богословской конференции в Свято-Тихоновском университете 19 апреля. Хотя, конечно, не только поэтому… Так что когда главный банкир митрополита Илариона г-н Севастьянов, видимо, уставший считать деньги своего «эндаумент-фонда», на раскольничьем (!) сайте «Кредо.ру» вдруг заявляет, что экуменизму бюрократической верхушки РПЦ противостоят лишь какие-то «20 мирян», которых надо бы отлучить от Церкви, то мне сразу становится интересно: в число этих 20 мирян входят, например, некоторые греческие архиереи, отказавшиеся ехать на «Всеправославный собор», Синод Грузинской Церкви, единогласно отвергший «экуменические» документы Шамбези, афонские старцы, очень жестко критиковавшие их, болгарские духовники и опять же Синод Болгарской Церкви, заявивший, что делегация их Церкви будут голосовать за эти документы только при условии принятия крайне существенных поправок, владыка Лонгин, заявивший о непоминании патриарха Кирилла, настоятели 8 молдавских монастырей, отвергшие эти документы, целый ряд молдавских клириков, также пребывающих в непоминании, викарии высокопреосвященнейшего Агафангела Одесского и т.д. и т.п.? Это все кучка маргинальных мирян?? Надо же все-таки, когда что-то заявляешь, хоть какие-то остатки совести иметь!..

- Изложенное Вами вселяет осторожный оптимизм. Раз такое сопротивление экуменизму по всему православному миру имеет место, значит, протащить шамбезийские документы не мытьем, так катаньем, как это хотели раньше, не удастся?

- С одной стороны, так, но с другой-то: ведь все равно пытаются! Конференцию в Свято-Тихоновском собрали вынужденно, под давлением нарастающего сопротивления, и там с довольно жесткой критикой выступили даже люди из РПЦ, подчеркнуто лояльные по отношению к «шефу». Было видно, что практически у всех накипело! Обсуждать документы после их принятия, после того, как на Архиерейском соборе фактически заткнули рот активным епископам – это просто «know how» какое-то! Как теперь будут выходит из положения? Ведь попытка все равно протащить эти документы вместе с Фанаром, игнорируя позицию зарубежников и Поместных Православных Церквей наверняка (сейчас это уже очевидно) вызовет грандиозный скандал и новые нестроения! Так что, с одной стороны, позитив заключается в том, что попытка проигнорировать тех, кто не согласен с экуменическим безобразием, путем просто наглейших манипуляций (по-другому сказать не могу), провалилась. С другой – непонятно, что дальше.

- Ну хорошо, а как вы расцениваете движение «непоминающих»?

- Здесь опять-таки есть разные аспекты проблемы. По факту в том, что какие-то епископы или священники перестают поминать предстоятеля своей Церкви, то есть возносить его имя в положенные моменты богослужения, а также вынимать частицу Агнца на проскомидии, невозможно усмотреть ничего хорошего. Но ведь это имеет свои причины! Оценка действий таких епископов и священников – отдельный вопрос, на мой взгляд, в богословском плане эта тема неоднозначна и дискуссионна, но в любом случае неправильно говорить, что предстоятель может творить все, что ему вздумается, лишать даже архиереев их незыблемого канонического права полноценного участия в общецерковной дискуссии, а клирики не могут даже и помыслить о тех канонических средствах, при помощи которых можно было бы как-то выправить такую ненормальную ситуацию.

Наиболее тревожным выглядит то, что происходит на Украине и в Молдавии. По моим сведениям, сейчас уже более 20 украинских епископов (из 70, то есть почти треть) не поминают патриарха Кирилла. Среди них, конечно, есть не только антиэкуменисты, гораздо больше просто предателей и трусов, согласных воссоединиться с неканоничным филаретовским расколом и уйти под Фанар. Но в этом-то и заключена главная проблема, адекватное видение и понимание которой заставляет сделать однозначный уверенный вывод, что патриарх Кирилл и его ближайшее окружение своим неадекватными действиями последнего времени просто провоцируют в нашей Церкви большой раскол, то есть в первую очередь уход Украинской Церкви. Ведь что всегда говорили противники автокефалии, сторонники единства с Москвой? Имею в виду, разумеется, не официальные выступления, но, так сказать, подспудную внутреннюю аргументацию в пользу единства с Московским патриархом. «Нас со всех сторон атакуют – униаты, раскольники, СБУ, украинские националисты и проч. Нас хотят объединить с филаретовцами и отдать под Фанар. А это означает, что с учетом общеполитической ситуации в Незалэжной всякой независимости нашей Церкви придет конец. Рулить процессом будут люди Денисенко и всякого рода прозападное, либеральное лобби внутри – Драбинко и прочие. Они (для религиозно пассионарной, ревностно отстаивающей свою православную традицию Украинской Церкви это очень важно) будут навязывать нам всякого рода модернизм и экуменизм, размывать наше Православие, вестернизировать его и т.д. Поэтому наше единственное спасение – в единстве с Матерью Церковью, сохранение связей с Москвой». Патриарх Кирилл грамотно использовал эти настроения, развивая свою концепцию «русского мира», этого оплота истинного Православия. Слово «империя», естественно, не произносилось вслух, но подспудно имелось в виду. А империя – это и есть историческое лоно православной Традиции, то, в чем она всегда существовала и развивалась.

И что же теперь? Все разговоры о верности Православию, о «русском мире» и противостоянии Фанару закончились «обнималками» с папой, подписанием с ним двусмысленных экуменических документов и твердым намерением вместе с тем самым Фанаром, коему мы столь ожесточенно противостоим, провести совместный собор, главным содержанием которого, как теперь ясно, станет как раз экуменизм! А раз главная надёжа полуразгромленной русской партии в УПЦ, патриарх Кирилл, сам, как видно теперь уже всем, вместо того, чтобы свой русский мир отстраивать, встраивается в глобалистический проект, вместе с патриархом Варфоломеем (которого должен бы анафематствовать за совместные служения с еретиками-папистами) проводит экуменический по содержанию собор, вопреки твердо заявленному нежеланию украинских иерархов вообще на него ехать, упорно тащит их за собой, да еще и сам движется в сторону все большего сближения с папистами (притом, что роль Ватикана в организации Майдана общеизвестна), то почему, могут спросить «наши» украинцы, мы-то должны встраиваться в политику руководимого американцами Варфоломея через церковную Москву, может напрямую сподручнее будет? Тем более, что там уже и некий единый общеправославный синод хотят сформировать, после чего выгоды единства с Москвой станут вообще эфемерными. Здесь поневоле вспомнишь знаменитую фразу: «Глупость или измена?» Если принять как аксиому, что патриарх Кирилл по определению должен стремиться защищать интересы свои и своей Церкви (а уход УПЦ никак не может этим интересам соответствовать), то его «экуменические» шаги последнего времени (да еще и продавленные в оскорбительном для большинства Церкви стиле) просто неадекватны. Либо надо будет признать, что он сознательно ведет все дело к развалу, будучи завербован американцами через тот же Фанар или через Ватикан, что является совсем уж вычурной гипотезой…

- То есть движение «непоминающих» Вы склонны скорее оправдывать?

- Ну, не вполне так. «Наших» украинцев, конечно, можно понять. По инерции они еще побаиваются патриарха Кирилла, но недовольство там накопилось очень большое. У них зреет стойкое представление, что их предали, и оно не лишено оснований. Вообще, те вменяемые священники, которые таким применяют 15 правило Двукратного Константинопольского собора, скорее стремятся как-то воздействовать на своих архиереев, как-то побудить их действовать. И не обязательно это связано с непоминанием. Вон 8 молдавских монастырей пригрозили только, и их правящий архиерей, владыка Унгенский Петр тут же ответил, что он «экуменические» щамбезийские документы решительно не приемлет и осуждает, но поминать патриарха Кирилла и своего правящего архиерея будет продолжать. Тогда и эти монастыри сказали: «Да, нас такая ваша позиция устраивает, мы тогда тоже поминать патриарха будем, но документы никогда не для себя не примем». Для меня очевидно, что у них была предварительная договоренность. Как и у владыки Лонгина (викарного, как известно) со своим правящим архиереем и с владыкой Онуфрием. «Византия» таким образом пытается давить на доступные ей педали, побудить патриарха одуматься. Из антиэкуменистов никто всерьез в раскол не хочет.

- А здесь, в России? Здесь похожая обстановка?

- В чем-то да, в чем-то нет. Здесь все в гораздо большей степени забюрократизировано; отчуждение между архиереями и простыми священниками и мирянами здесь на много порядков выше, чем на Украине и в Молдавии. А в Москве оно гораздо выше, чем в российской глубинке. Поэтому здесь договоренности, подобные упомянутым выше, не проходят. Кроме того, здесь, как ни странно, при всей доступности интернета и других информационных ресурсов, народ в целом гораздо хуже ориентируется в церковно-политических реалиях, чем, к примеру, в той же Молдавии, в большей степени поддается примитивнейшим манипуляциям со стороны официозной пропаганды. Словом, приходится признать, что церковное сознание здесь развито гораздо хуже.

- Но все же движение есть?

- Конечно есть, еще бы! Но с этим движением связана своя проблема. Закулисные политтехнологи пытаются через «ревнительские» круги реализовать давний проект правого раскола.

- Подождите, но вы сами же вроде склонны оправдывать «непоминающих»?

- Я уже ответил, что моя позиция не столь однозначна и примитивна. По логике 15 правила, епископ или клирик, заявляющий о непоминании вышестоящего епископа, во-первых, должен поминать другого. Украинцы это формально соблюдают, поскольку они, насколько я понимаю, поминают своего владыку Онуфрия. Кроме того, им вроде официально разрешили не поминать патриарха Московского ввиду сложной политической обстановки. Так что к ним придраться довольно трудно. В Молдавии ситуация не вполне такая, но там тоже есть свои нюансы. Во-вторых, объявляя о непоминании, клирик обязан апеллировать к суду Собора, а правящий епископ имеет право запретить его в служении. Вот молдаван не запрещают, а здесь, в России, разговор короткий. И тогда, будь непоминаемый епископ или там митрополит, патриарх, хоть трижды еретиком по сути, вплоть до суда Собора данный клирик не сможет литургисать, не сможет совершать богослужение. Пусть данный запрет сто раз несправедлив, но он имеет и будет иметь каноническую силу вплоть до соборного осуждения того, кто его осуществил. Так что когда некоторые говорят: запрещение не имеет силы, поскольку патриарх еретик, то это изобличает в таких людях просто крайне слабое, неразвитое церковно-каноническое сознание, незнание канонов. Мы можем сколько угодно считать, что тот или иной член Церкви, вплоть до самых высоких иерархов, по своему мировоззрению является еретиком, но мы не можем вести себя так, как будто наш правящий епископ еретик, вплоть до его соборного осуждения. Это же элементарная каноническая логика! Если бы это было не так, то в Церкви давно воцарилось бы полное бесчиние и самочиние, против которого не раз предупреждали апостолы и святые отцы.

Наконец, я хотел бы еще раз повторить: те епископы и священники из непоминающих, которые наиболее известны (в основном это украинцы и молдаване), объявляя непоминание патриарха, вовсе не в раскол стремятся, а ведут свою «византийскую» игру, оказывая давление на первое лицо Церкви теми средствами, которые им доступны, а я в данном случае веду речь о прямом расколе, в который хотят увести ревнителей.

- Подождите, но вы сами-то поминаете патриарха Кирилла?

- Непоминание не является расколом и есть дело епископов и священников, а я, как мирянин, просто молюсь и причащаюсь в тех храмах, где патриарха поминают. Во-первых, других в Москве просто нет. Во-вторых, благодать, знаете ли, не зависит от того, что они там в Гаване что-то подписали. Вот если патриарх прямо, с амвона начнет учить ереси, то это изменит дело. Скажу больше: весьма высокие иерархи, очень даже вписанные в систему, в кулуарах откровенно говорят тем, кому доверяют: «Сейчас рано, а вот как только первый раз прозвучит имя папы в диптихе и начнут официально служить с папистами – все, мы уходим». Но и здесь будет необходимо соблюдение положенной канонической процедуры. Вальсамон в своем толковании на 15 правило говорит, что не следует клирикам объявлять непоминание патриарха даже в том случае, если тот учит ереси «колеблясь и прикровенно». А наш патриарх Кирилл грамотно чередует экуменические «обнималки» и подписание двусмысленных документов с папой с канонизацией св. Серафима Соболева и славословиями в адрес св. Марка Эфесского. Можно сколько угодно считать и называть это неискренностью и лукавством. Я сейчас говорю не об этом, а о формальной канонической логике.

Но при этом, если я приеду, например, в Кишинев, то я не вижу для себя никаких канонических оснований, по которым мне нельзя было бы пойти молиться и причащаться в храмы к непоминающим священникам (они ведь не под запретом!) и отлично понимаю резоны, по которым они так поступают. Мы все, можно сказать, всей душой выстрадали эти резоны. К сожалению. И именно от патриарха в решающей степени сейчас зависит – сойдет на нет это движение или нет.

Позвольте все же продолжить о расколе. Когда мы в марте инициировали наши конференции, то цель была – именно начать дискуссию, то есть сделать то, чего не хотел на тот момент церковный официоз. Первой стала (надо признать) известная ватиканистка, доцент МГИМО Ольга Николаевна Четверикова, которая инициировала небольшой круглый стол в Москве с участием представителей той самой корпорации «E.N.O.T.», которых столь эмоционально она призывала не пускать на свои последующие мероприятия. Затем была конференция в Санкт-Петербурге, где главными организаторами были опять же Четверикова и о. Алексий Мороз. А затем уже мы решили проводить большую конференцию в Москве, в гостинице «Измайловская», с участием максимально большого круга участников, придерживающихся разных позиций. Мы – это Владимир Хомяков, Василий Бойко Великий и ваш покорный слуга. Игорь Друзь отвечал за украинское направление. Вот, собственно, вчетвером, плюс, конечно, члены корпорации «E.N.O.T.», занимавшиеся охраной и обеспечением безопасности, а также запустившие дополнительный информационный проект, мы все подготовили и провели знаковую, рубежную конференцию в «Измайловской». В ней приняли участие и некоторые из тех, кто потом удачно отметился на официальной патриархийной конференции в Свято-Тихоновском, в частности, отец Георгий Максимов и отец Владимир Василик. История этой конференции и некоторых странностей, которые сопутствовали ее подготовке и проведению, а также ряду последующих событий, уже изложена другим автором. Сейчас я хотел бы только подчеркнуть, что те, кто потом жаловался на нетерпимость аудитории и прочие издержки, видимо всю свою сознательную церковную жизнь провели в совсем уж тепличных условиях, вдали от реальной жизни. Когда-нибудь, если напишу мемуары, я расскажу о том, сколько препонов мы преодолели, сколько провокаторов отсекли еще на дальних подступах к конференции. Кстати, справедливости ради должен сказать, что тот же о. Георгий, когда вплотную столкнулся с наглым лохотроном и манерой вести дела людей из ОВЦС, то совсем по-другому заговорил! Позиция-то у него и других мыслящих богословов весьма близка к нашей. Считаю, что наша конференция, при всех неизбежных издержках, внесла свой вклад в то, чтобы подтолкнуть патриарха к более вменяемым, чем раньше, действиям.

Ну а затем и всплыл этот самый «батюшка», о. Димитрий Ненароков.

- Из наших предыдущих кратких разговоров в кулуарах вроде выходит, что Вы считаете его главным претендентом на роль вождя возможного раскола. Это так или нет? И если так, то почему, на чем вы основываетесь?

- Сейчас это именно так. Потом «операторы» легко могут его «слить», как слили Диомида, но сейчас он главный «Иван Царевич». Житие ему уже написали, где он выведен наравне с современными подвижниками. Кстати, уже и храм у него свой есть – насколько мне известно, на частной территории в Химках, и служит он в нем, в том числе Литургию. Вот мне интересно, кто антиминс подписывал, какому архиерею он канонически подчиняется? Кто-нибудь из Патриархии что-нибудь знает об этом? А основываюсь я на прямых, непосредственных заявлениях его и его группы поддержки. Например, вполне вменяемый до какого-то момента о. Алексий Мороз теперь вообще говорит, что патриарх Кирилл вне Церкви, делая вид, что ему неизвестна та очевидная каноническая логика, о которой я сказал чуть раньше. Что же случилось? Ах да, отца Алексия вдруг уволили из лицея, где он десять лет служил в домовом храме. Опять же интересно, почему именно теперь, не раньше и не позже?

Но помимо этого, есть еще один важнейший момент, свидетельствующий о том, что проект «Ненароков» - это явная провокация. Под него собирают разных обиженных отцов с каноническими нарушениями, в основном по части седьмой заповеди. Можно сколько угодно упражняться в антиэкуменической риторике, но если у тебя самого рыльце в пушку, то эта риторика и вся твоя якобы праведная активность работает по факту против тех целей, верность которым ты на словах заявляешь. Кстати: по канонам архиереи обязаны таковых священников отправлять под запрет, а их весьма часто всего лишь отправляют за штат, что формально вообще не является наказанием. Почему бы это? Быть может, кураторы не дают?

- Дело, кажется, проясняется. В нужный момент компромат будет обнародован и -…

- И ревнительство как серьезное движение, сама идея духовного сопротивления экуменизму и церковному модернизму, духовного спасения будет в очередной раз дискредитирована, облита дурно пахнущим и неаппетитным веществом. И пусть потом чистые, искренние люди, которые примкнут к ненароковской группировке, сколько угодно доказывают, что они не при делах. Это технологии, «команда кроет класс». То есть я хотел бы еще раз подчеркнуть: с одной стороны, эти отцы и прочие, у которых рыльце в пушку, начинают вдруг декларировать полную непримиримость: «Патриарх и его окружение полные еретики, нечего с ними вообще разговаривать, идите все к нам!» А с другой стороны – клирики, имеющие канонические нарушения, очевидным образом уязвимы и в силу этого легко управляемы. Только не Церковью. Таким образом, операторы процесса достигают сразу двух целей: усиленно формируют раскол и тем подрывают власть законного канонического священноначалия, а с другой, крепко держат потенциальных раскольников за причинное место, начисто дискредитируя те светлые и возвышенные идеи, которыми обосновывается все движение. Это полная противоположность тому, чего хотим мы: воздействовать на священноначалие, оставаясь в рамках канонического права и законной канонической Церкви.

- Такой своего рода «Диомид – 2»?

- Если уж проводить аналогии, то скорее «Суздаль – 2». Диомид был по существу один с немногими сторонниками, и никто за ним особо не пошел. Его просто использовали для дискредитации «правого» дискурса в Церкви. Тогда и ситуация была другая. А сейчас у многих «наболело», и кто-то умный, посчитав ситуацию благоприятной, решил начать большую игру по «сливу» церковной институции. То есть, если на Крите все-таки протащат эти безобразные экуменические документы, то у людей возникнет веселенькая альтернатива: либо дружное движение в сторону Гаваны и Фанара, в экуменическое «светлое будущее», либо в отстой, в сторону ненароковщины, скатывание в полный маргиналитет. Причем, впечатление такое, что это просто два крыла единой птицы, или, как я сформулировал в своей старой статье про Диомида, «качели»: и экуменическая риторика ОВЦС (вопреки тому, что сам Патриарх вроде бы заколебался и стал отыгрывать) и псевдоревнительские заявления Ненарокова с его группой поддержки наращиваются, усиливаются в сторону все большего радикализма.

- У Вас есть предположения, кто может стоять за этой игрой?

- Естественно, самые общие. На мой взгляд, это те, кого я называю «группой Белковского» и та часть спецслужб, которая с ними связана и в конечном счете обслуживает интересы «либеральной башни» родимой «власти». Сравнительно недавно я достаточно говорил и писал об этом. На «след группы Белковского» указывает, в частности, то, что ненароковцы, как мантру, на все лады повторяют слово «община», напрочь дискредитируя саму идею борьбы за возрождение норм соборности. Эту идею в исполнении раскольников мы хорошо знаем: полный подрыв канонической власти епископата, переход к «самоуправляемым общинам», в конечном счете – переход от епископальной к режиму пресвитерианской церкви. Своего рода Кочетков справа. Все это вряд ли является игрой патриарха. Ему, конечно, было бы интересно слить в раскол «ревнителей», но совершенно не интересно в принципе играть с огнем, порождать серьезную смуту внутри собственной корпорации.

- А почему, как думаете, в проекте «Ненароков» явным образом участвует Ольга Четверикова, причем чуть ли не на лидирующих ролях?

- Да будет вам! Ее реальная роль в этом, с позволения сказать, проекте – просто условно респектабельное прикрытие всего безобразия, ее используют и на определенном этапе выкинут за ненадобностью. Но вообще для нас это сегодня, пожалуй, главная печаль и главная загадка. В последнее время я редко соглашаюсь с А.Д. Степановым, но в данном случае вынужден согласиться: речь идет именно о репутационных издержках. Что побуждает авторитетного, уважаемого ученого вести себя подобным образом, мараться в явной (причем, крайне вредной и антицерковной по сути) маргинальщине – об этом остается только гадать. Неужели и здесь имеют место какие-то непрозрачные обязательства, а то и зависимость? Не хотелось бы, чтобы это оказалось правдой! Причем, ведь уважаемая Ольга Николаевна таким образом просто дискредитирует, во многом просто зачеркивает свои блестящие достижения в ватиканистике и саму идею научного анализа современных процессов в религии с традиционно-православных позиций!

- Чего все-таки хотите вы сами, каков, на ваш взгляд, возможный выход из этой непростой ситуации?

- Я уже отчасти упоминал об этом. Здесь главная сложность в том, чтобы пройти, так сказать, царским путем, миновав как доминирующий ныне официальный мейнстрим, который явным образом направлен в сторону экуменической «толерантности», религиозного всесмешения, за чем, как это теперь уже ясно, кроется осужденная 5-м Вселенским собором ересь «апокатастасиса» (учения о всеобщем спасении), так и сугубо маргинальные боковые течения, направленные в сторону отрыва от церковной полноты, от канонической Церкви. То есть пройти между нынешней нашей церковной Сциллой и Харибдой – между ересью и расколом. Понятно, что ни то, ни другое с завещанным отцами путем духовного спасения не имеет ничего общего. Для этого необходимо прежде всего не поддаваться ни на какое давление – ни снизу, ни сверху. Опять-таки, я уже говорил, что совершенно отвязанный, в конечном счете хамский тон последних «разъяснений» и «комментариев» ОВЦС (опубликованных вообще на каких-то «левых» сайтах) вкупе с их богословской беспомощностью очень удачно льет воду на мельницу сознательных раскольников, а эти последние по факту подыгрывают официозу. Обе стороны говорят своим группам поддержки: «Вот видите, мы же говорили, что с «этими» дело иметь нельзя!» «Качели», они и есть качели!..

Вместо обеих крайностей необходимо наращивать грамотную богословскую критику экуменизма, причем не вообще, а конкретных экуменических действий конкретных иерархов и конкретных экуменических документов, взвешенно, без истерики, но в то же время твердо и настойчиво усиливать давление на церковные «верхи», оставаясь в рамках святых канонов. Никакой речи о поддакивании начальству только потому, что оно начальство, быть не может. Пора решительно избавляться от советских привычек, привнесенных внутрь церковной ограды.

Сломать народ об колено, рулить единолично с помощью «личард верных» не получилось, думаю, патриарх Кирилл это понял. Да и верность «личард», по мнению некоторых, теперь уже под вопросом. Есть мнение (это именно предположение, а не утверждение), что ОВЦС уже не всегда и не вполне согласует с «шефом» свои действия. Вот мне опять же интересно: недавнее появление в Оптиной пустыни «паломнических групп» католиков и даже мусульман (которых там отродясь не бывало) – санкционировано патриархом (это именно в сегодняшний столь напряженный момент, как будто специально, чтобы еще больше обозлить православный народ) или все-таки кем-то пониже саном?

В нашем обращении мы достаточно четко проговорили свои цели, поэтому не буду повторяться. Мы говорим: возрождение норм соборности – не одномоментный процесс. Здесь низовое движение должно обязательно получить поддержку сверху. Поэтому лучше всего было бы, если бы экуменические безобразия последнего времени были дезавуированы на специально созванном для такой цели Архиерейском соборе, возможно расширенном, с участием священников и мирян с правом совещательного голоса. Для начала пусть синодалы определятся с теми поправками к «экуменическим» документам Шамбези, которые, как утверждают, подготовлены конференцией 19 апреля по поручению самого Патриарха. Всеересь экуменизма должна быть соборно осуждена и чем скорее, тем лучше. А низовое движение нужно, конечно, формировать. Но для этого нам самим необходимо преодолевать свой сервилизм и угодничество перед начальством всех уровней. Да, в конце концов, преодолевать элементарную трусость! Нашей земной Церкви угрожает немалая опасность. Нарастание экуменической «толерастии» («мир и утверждение», по слову Писания) всегда предшествует «пагубе». На Украине накануне кровавого Майдана был максимальный разгул экуменического «миротворчества»! Преодолеть эту страшную угрозу невозможно без той духовной трезвости и рассудительности, что всегда была отличительной чертой Православия.

Владимир СЕМЕНКО   




Возврат к списку